Команда
Пресс-центр
Сезон 2004
История
Интерактив
Мультимедиа
В гости к нам
Партнеры
О сайте

Яндекс цитирования


Партнеры
Новости
Версия для печати 19:38 - 07.07.2010

Георгий Габулов: «Первой футболкой была «аяксовская»



Капитан «Алании» — воплощенное спокойствие. Мы сидим на террасске отеля в деревеньке Бад-Татцманнсдорф под легким, но холодным австрийским дождем, а он его словно и не чувствует. Волевой полузащитник с воистину вратарскими нервами увлеченно рассказывает о футболе: футболе в своем детстве, в своей юности, сейчас… Спустя полчаса нетрудно прийти к выводу: в его жизни просто не было отрезка, который бы с любимым делом не был связан.

 

«Ого-го какой популярности» не чувствую

— Жора, а по чему сейчас, спустя почти месяц после старта сборов больше всего скучается?

— По большому футболу, конечно. По стадиону, по официальному матчу. Ждем с нетерпением 9-ого июля, возобновления чемпионата. По друзьям? Конечно, тоже соскучились, по-другому и быть не может. Но к тому, что их подолгу не видишь, за годы в футболе привыкаешь очень быстро. От этого дружба слабее не становится. Даже наоборот иногда.

— Вы здесь в деревеньке уже почти две недели, а в полутора часах езды — город-музей и город-мечта Вена. Ни разу не возникало желания сорваться с кампуса и погулять по ней?

— Признаюсь честно, Вену я ни разу не видел, но наслышан и действительно, думаю, рано или поздно стоит ее посетить. Но на это есть отпуск. На сборах меня как-то и не тянет в такие «самоволки». Мы приезжаем сюда для того, чтобы сконцентрироваться на работе, ни о каком отдыхе или послаблениях и речи быть не может. Да и сил на дальние прогулки не так чтобы много: после тренировок настолько устаем, что хватает только на то, чтобы дойти до столовой, а потом доползти до кровати. (смеется)

— А потом до коридора, чтобы сделать ставку в вашем общекомандном тотализаторе на чемпионат мира. Кстати, какие неожиданности для тебя были в этом УолдКап?

— Уругвай в полуфинале. Можно это списывать и на фарт, ведь у них была такая сетка, что они очень легко дошли до этой стадии. Но Удачу каждая команда должна заслужить.

— Лично мое участие в ставках имело историю «Кот Д`Ивуар-Англия-Бразилия», а теперь…

— … а теперь и желания нет ни на кого ставить? Знакомо. (смеется) Я изначально хотел, чтобы в финале была Аргентина, но, увы, они проиграли немцам, причем так разгромно, что можно назвать этот счет провальным: все-таки это не под стать во-первых статусу аргентинской сборной, во-вторых статусу футболистов, которые в ней играют, и в-третьих статусу самой стадии турнира. Что остается делать? Буду симпатизировать Уругваю.

— У тебя ведь «на компасе» еще один турнир, который в эти дни проходит — «Кубок Яшина». Следишь за выступлениями брата Владимира на нем?

— Конечно. Сегодня не знал во сколько они играли, позвонил после тренировки маме, а она меня обрадовала, что команда Вовы победила киевских одноклубников.

— Как тебе со стороны новая «звездная» ориентированность столичного «Динамо»? Ведь бело-голубые эту стадию уже проходили в свой «португальский период».

— Ну из по-настоящему звездных игроков пока приобретены только Воронин да Кураньи. Селекционная политика — это всегда определение позиций руководства клуба: кто-то хочет добиться чемпионства за счет звезд (что имеет, конечно, право на жизнь и помогает расти статусу турнира), кто-то — достичь всего «на своих», что тоже влияет положительно на развитие футбола в целом. Ну а, честно говоря, вот что такое «звезда»? Как лично я понимаю, это тот футболист, который достаточно долго и стабильно играет на очень высоком уровне в топ-чемпионате.

— Как, кстати, ты относишься к своей собственной популярности?

— А я ее проявлений еще и не замечал. В моем случае очень просто не обращать на нее внимания, потому что ее пока «огого какой» нет.

 

Перед глазами всегда пример брата

— Есть у тебя внутренние барьеры амбиций? Иными словами, существуют футболисты, которые уже в юном возрасте повторяют себе «ну я ж не Месси, чтобы это исполнить» и посему никогда в будущем никем похожим на Месси и не станут.

— Ты имеешь в виду, знаю ли я о том, что «невозможное — возможно»? Как в рекламе? Кому как не мне это лучше знать, если перед глазами всегда был пример старшего брата. Володя всего добивался своим трудом, проходил через сумасшедшие преграды, через травмы. Я знаю, что буду идти таким же путем и достигать всего через постоянную работу. Ее Футбольный Бог никогда не оставляет незамеченной и всегда вознаграждает.

— А были в жизни моменты, когда казалось, что все-таки это божество к тебе равнодушно, и хотелось завязать с футболом раз и навсегда?

— Конечно и такое случалось. После травмы мне было очень тяжело найти команду, никто не брал даже во вторую лигу. Внутри было опустошение, безверие, уже ничего не хотелось. Как в полной темноте стоишь и идти некуда… Выкарабкался из этого благодаря родителям и брату, которые в тяжелый момент не дали мне совершить глупость и повесить на гвоздь бутсы раз и навсегда. А тут как раз и предложение из «Локомотива-2» поиграть во второй лиге подоспело. Целый год провел в этом турнире, старался наверстать все с двойным усердием. Было желание доказать в первую очередь самому себе, что через работу я могу не только вернуть то, что было, но и прогрессировать.

— Знаешь, что в «Локомотиве» кулуарно жалеют о том, что упустили тебя?

— Нет, не обращаю внимания на кулуарные разговоры.

 

Бутсы единого калибра

— Первую свою футбольную форму помнишь?

— Настоящую? Помню! Когда я был очень маленьким нам с Вовой отец купил в Моздоке две майки взрослых размеров. Маме пришлось сильно поработать, чтобы ушить их на нас. Моя была аяксовская, а Вовина — «Баварии» полосатая. Он ее, кстати, износил гораздо быстрее, а я в своей щеголял несколько лет. А первые бутсы нам принес Дед Мороз. То есть, конечно, понятно, что совсем не Санта-Клаус их подложил на Новый год под елку, а наши родители, но тогда хотелось верить в то, что они волшебные. Моя сказочная обувь была точно такая же, как и Вовина, даже того же калибра, то есть на четыре размера больше, чем моя нога. (смеется) Радости было — словами не передать. Мы буквально прыгали до потолка. Вова даже больше чем я, потому что несмотря на то, что он был на пять лет старше меня, до этого момента у него тоже не было настоящих бутс.

— Судя по рассказам, родители очень чутко относились к вашему увлечению футболом.

— Да, они поддерживали нас во всем, а мы целыми днями пропадали на улице, гоняя мяч по всей округе. Отец в прошлом был футболистом и до сих пор — самый строгий мой судья, хоть для него, я знаю, огромная радость то, что мы оба стали профессиональными игроками.

— Точно самый строгий? Как правило, футболисты познают настоящую строгость в оценках, когда в футболе начинают разбираться их мамы.

— (смеется) Нет, мама у нас — всегда на защите. Папа жестко критикует, мамуля закрывает глаза на минусы и недочеты и всегда подбадривает «не переживай, все будет хорошо». А у папы все — по строгой форме. (улыбается)

— Самую жесткую критику после какого матча слышал?

— В этом году не было еще. Может быть потому, что у папы резко изменилось ко мне отношение: думаю, он и сам не без удивления обнаружил, что я из маленького мальчика превратился во взрослого профессионального футболиста. А вот когда я был малышом, конечно, требования и к дисциплине и к самоотдаче по отношению к занятиям были почти всегда даже строже, чем у любого тренера.

— О строгости тренерской. Помнишь, наш с тобой и Тарасом Царикаевым разговор зимой в Турции, когда вы делились мнением, что уж очень требователен к вам обоим Владимир Шевчук? Можно сказать, что за прошедший отрезок вы прошли с Владимиром Михайловичем путь от прессинга до полного доверия?

— Да и тогда, конечно, не было особого прессинга. Просто теперь мы поняли, что это его постоянное отношение — требование максимальной дисциплинированности и сконцентрированности на работе. Если честно, то сейчас, спустя время, лично я прекрасно осознаю, что не будь он порой таким жестким, и мы бы стартовали просто провально: ведь еще ни одна команда не оказывалась в таких трудных условиях, когда за неделю до начала чемпионата определяют ее статус.

— Помнишь первый матч сезона, с «Сатурном»? Когда только приехавшего Зуэла выпустили в стартовом составе и игроки, не зная толком как его зовут, кричали ему то «Але!», то «Оу!», то «Хей!».

— (смеется) Да у нас много забавных эпизодов происходило из-за вот такого пополнения в он-лайн режиме. А Франсишку и Владимир Михайлович поначалу Зелау окликивал. Да и меня постоянно называл Володей на первых сборах. А… многие называют, если честно, и сейчас. (улыбается)

— Вова, кстати, как-то признался, что его самая большая мечта — это чтобы в Моздоке постелили искусственные поля для детворы.

— Уже стелят. Точно не знаю, кто был на первых ролях в продвижении дела, но и Вова пробивал все со своей стороны и моздокская ДЮСШ подавала документы на газон. Директор собирал в заявку и план местности со спутника, и разрешения, и фотографии.

— Ты как-то детально в курсе дела. Участвовал?

— Да. Я делал фотографии для заявки, когда мы были в отпуске с Вовой в Моздоке. В смысле фотографии местности, где должно быть постелено поле. Понравилось помогать в добром деле.

 

Первым делом — самолеты

— Кем ты не стал из-за того, что стал футболистом?

— Даже трудно сказать, потому что никогда ни о чем другом, кроме футбола и не думал. Иногда я и сам себе задаю вопрос, кем буду… В школе мне очень нравились уроки черчения — линейки, транспортиры, специальная бумага… очень интересно было. Да и сейчас, спустя годы, получилось так, что я начертил план дома, который мы построили в Моздоке. Отец его просто отнес на доработку в конструкторское бюро, где все, кстати, похвалили и откорректировали до миллиметра.

— А есть в «твоем вашем» доме что-то особенное? В какой его части душа?

— Он весь душевный у нас. В любой его точке мне хорошо, спокойно. Любимое место отпуска.

— Своим собственным семейным гнездом когда будешь обзаводиться? Девушек владикавказских этот вопрос очень волнует.

— …в отличие от меня. Я пока об этом даже не задумывался. «Первым делом — самолеты…» Всему — свое время.

— Делятся твои мечты как программы знаменитые — на мечты-минимум и мечты-максимум?

— Минимум — это не мечта, это желание. А мечта может быть только максимальной. Желаний — масса, и первое, чего хочу — выходить в каждом матче и побеждать. Терпеть не могу проигрывать! В смысле, я не крушу двери в раздевалке после поражения, ничего не ломаю… просто обида бывает на себя, прокручиваю какие-то эпизоды в голове, ищу другие решения. Это не самоедство, а скорее работа над ошибками.

— По отношению к таким игрокам как ты ветераны часто говорят: «Дайте ему побыть таким, какой он есть. Таким, как и все футболисты, он еще успеет стать».

— Обрасту ли я какими-то как говорят околофутбольными штучками в голове? Гламуром? Думаю нет. Тут все индивидуально, не на каждого распространяется это правило.

— То есть Георгий Габулов 2012-ого, 2015-ого, 2020-ого годов..?

— В первую очередь здоровье. А все остальное зависит от того, как буду работать над собой.

 

...Или... или...

Реал или Барселона? В детстве болел за королевский клуб, но сейчас — все-таки «Барса\'

Бразилия или Германия? Однозначно Бразилия!

Тренер-демократ или тренер-диктатор? А вариант промежуточный нельзя? Чтобы в тренировках поблажек не давал, гнал двигаться вперед, но при этом если тяжелые моменты мог сказать правильное слово и поддержать?

Тренажерный зал или бассейн? Тренажерный зал, а после него — в бассейн

Рок или поп? Позитивная музыка!

Дельфин или собака? Дельфина я видел только издалека на море и по телевизору. Собака — гораздо реальнее. И она — друг человека.

 



Фатима Гамми, Бад-Татцманнсдорф, «Спорт день за днем»

Постоянный URL: http://fcalania.net.ru/news/2010/07/07/19-38/